Если человек в детстве подвергался буллингу, постоянному психологическому давлению или физическому насилию, страх проявления, оценки и публичных выступлений во взрослом возрасте выглядит вполне объяснимым.

Нервная система в таких условиях учится простому правилу: быть заметным — опасно. Любое внимание со стороны других людей начинает ассоциироваться с угрозой, стыдом или болью.

Но в практике психолога есть другой, гораздо более частый и на первый взгляд парадоксальный случай.
С выраженным страхом публичных выступлений, презентаций и самопрезентации приходят люди, которые говорят:  «Меня не травили», «Насилия не было», «В детстве всё было в целом нормально». И тем не менее:

• перед выступлением возникает сильная тревога

• тело «отключается» — дрожит голос, пустеет голова

• качество речи и мышления резко падает

• появляется желание избегать любых ситуаций видимости

Это ставит закономерный вопрос: если не было явной травмы — откуда берётся страх?

С точки зрения метода психотерапии EMDR даже “безобидные”, повседневные социальные ситуации детства — без насилия и открытой агрессии — могут закрепляться в нервной системе как опыт угрозы: для психики ребёнка потеря "лица", статуса, авторитета или принадлежности переживается так же остро, как реальная физическая опасность избиения, а последствия этого опыта могут проявляться спустя годы — уже на сцене, в переговорной или во время презентации. В процессе анализа опыта клиента мы обычно выходит на следующие варианты.

1. Школа и класс

Для ребёнка школа — это постоянная социальная сцена. Каждый ответ у доски, комментарий или вопрос происходит на глазах у группы. Значимыми могут стать:

• тишина после ответа;

• нейтральная реакция учителя без подтверждения;

• минимальная ошибка, допущенная при всех;

• сравнение с другими учениками без прямой критики.

Во взрослом восприятии это выглядит как мелочи.
Но для нервной системы ребёнка это моменты, где:

• внимание направлено на него;

• реакция группы непредсказуема;

• поддержка не очевидна.

Если такие эпизоды не «закрываются» —
не следует подтверждение, что с ребёнком всё в порядке, формируется внутренний вывод:

когда я говорю при всех, я рискую.

​

2. Компания сверстников: риск "не вписаться"

В подростковом возрасте на первый план выходит потребность оставаться своим в группе. Здесь особенно значимы ситуации, где:

• шутка не получает отклика;

• реплику игнорируют;

• разговор резко меняет направление;

• решение принимается без участия человека.

В этих моментах никто не нападает напрямую,
но возникает ощущение выпадения из общего поля.

Для психики подростка это считывается как: "я сейчас не внутри группы, я могу потерять место, я неудачник"

​

3. Дворовые и смешанные компании: иерархия и наблюдаемая угроза

Особую роль играют дворовые компании и группы со смешанным возрастом, где:

• есть лидеры и негласные авторитеты;

• правила определяются неявно;

• ошибка может быть «наказана» смехом, иронией, ударом, или исключением.

В таких средах ребёнок или подросток быстро усваивает: сказать глупость — опасно. Важно, что этот урок может быть усвоен даже без личного негативного опыта. Достаточно видеть, как:

• кого-то высмеивают за неудачную реплику;

• чьё-то слово обесценивают;

• чей-то статус падает после ошибки.

Нервная система обучается через наблюдение.
Она не делает различий между: «это произошло со мной» и «я видел, как это произошло с другим».

4. Как из этого формируется гиперконтроль речи и мыслей

Когда социальная среда воспринимается как потенциально опасная, психика ребёнка находит адаптивное решение — контроль. Постепенно формируются стратегии:

• заранее продумывать, что можно сказать;

• отсекать «спонтанные» мысли;

• говорить только то, в чём нет сомнений;

• постоянно оценивать себя глазами других.

Это не слабость, это защитная привычка, которая когда-то помогла сохранить статус и принадлежность. Однако у нее есть цена. Во взрослом возрасте, особенно в ситуациях публичных выступлений, презентаций и переговоров, гиперконтроль начинает работать против человека. Вместо свободной речи и мышления возникает:

• постоянная внутренняя проверка;

• страх сказать «не то»;

• напряжение в теле;

• потеря доступа к спонтанности и памяти.

Чем выше ставка выступления, тем сильнее усиливается напряжение,  и тем хуже становится результат.

​

Таким образом, страх публичных выступлений часто связан не с тем, что человек боится людей или сцены,
а с тем, что когда-то проявленность была связана с риском, и нервная система выучила: лучше контролировать каждое слово, чем потерять лицо и место в группе. Этот страх парализует, человек замирает и выступает гораздо хуже, чем мог бы.